Слухати Радіо

Зараз в ефірі

10:00

Розарій

В ефірі

У ваших намірах

11:00

Житія святих

11:20

Катехиза

12:00

Урочиста меса

13:00

Голос народу, голос Божий

14:00

Духовні читання

14:20

Обережно, магія!

15:00

Коронка до Божого Милосердя

15:10

Молитовна лінія

15:40

Дитяча катехиза

16:00

Катехиза

16:50

Святий дня

17:00

Житія святих

17:10

Літургія годин (Бревіарій)

17:30

Просто про непросте

18:00

Свята Літургія з церкви Різдва Богородиці (Львів)

19:00

Молитовна лінія

20:00

Вечірня казка

20:30

Недільні читання

Жизнь католиков России

Поділитись з друзями
Історик Віктор ЗАСЛАВСЬКИЙ продовжує цикл програм присвячених стану католицької церкви у Росії в 16 столітті (цикл ведеться російською мовою)

В августе 1678 года Патрик Гордон последним покидал горящий Чигиринский замок. 20 августа за беспримерное мужество при обороне Чигирина его произвели в генерал-майоры. Теперь он был не просто высшим офицером, но членом командования, одним из тех, в чьих руках судьба армии и страны. И первым назначением Гордона было возглавить гарнизон в Киеве и вместе с украинскими казаками укреплять этот важнейший город Украины, последний на то время русский форпост на Правом берегу Днепра. Фортификатором по образованию он не был, и обижался каждый раз когда его титуловали военным инженером. Но человек он был читающий, до новых знаний жадный, да и иезуитское образование давало о себе знать. Не то чтобы отцы из Общества Иисусова учили его военной науке, но тягу к знаниям, любовь к чтению, а главное – умение искать, находить и оценивать нужную информацию они в нашего героя вложили. Поэтому Патрик, хотя и был студентом-недоучкой, но на полях сражений, в походах и на привалах он смог получить хорошее образование – и в том смысле что приобрел бесценный опыт, и в том, что посвящал книгам каждую свободную минуту. Даже когда дело доходило до дележа награбленного, Патрик старался отбирать себе не дорогие побрякушки, а книги! Из России он заказывал купцам все самые интересные книжные новинки по самым разнообразным отраслям науки. В результате он довольно легко осваивал языки, прекрасно говорил по-польски, по-немецки, по-русски, великолепно разбирался и в военной теории, и в картографии, и в механике, и в фортификации. А еще он был честен, скромен, исполнителен и храбр – в общем, незаменимый человек. Поэтому вначале его прошения об отставке просто отклоняли, а потом князь Василий Голицын, фаворит правящей царевны Софьи, пригрозил ему что в следующий раз когда он попросит об отставке, его разжалуют в прапорщики. Такая корова нужна самому.

Правда, в Шотландии Гордона все-таки отпустили – правда, лишь в качеств посла. И там же король Иаков 2 Стюарт, которого Гордон как шотландский патриот считал своим повелителем, решил назначить его британским посланником в России. Окрыленный радостью что теперь он смоет служить своему королю, Патрик доложил о своем назначении Голицыну, однако с военной службы его отпускать было себе дороже, а совмещать посты английского посланника и русского генерала было невозможно и исключение не стали делать даже для Гордона. Зато шотландца поставили командовать Вторым Выборным Московским или Бутырским полком, который Гордон быстро сделал образцовым. А после походов Голицына на Крым, хотя и неудачных, наш шотландец получил чин полного генерала. Все шло превосходно, и лишь одно несчастье омрачало жизнь преуспевающего полководца – незадолго после возвращения Патрика из Шотландии умерла его жена, подарившая ему четверых детей. Правда, жить холостяком Гордон не смог, и через несколько лет женился снова.

А потом был 1689 год. Молодой цар Петр стал совершеннолетним, и регентша царевна Софья должна была сложить полномочия. Однако отдавать власть брату она не желала. Петру донесли что сестра готовит на него покушение. Он заперся в крепости Троице-Сергиевой Лавры, объявил что жизнь его в опасности и велел всем верным прибыть к нему. Естественно те кто поддерживал Софью и Голицына, к Лавре идти не хотели Теперь от расстановки сил, от того сколько солдат придет к Петри и сколько останется у Голицына зависело кто станет настоящим правителем России. Приказ от Петра и Патрик Гордон, старший из иностранных офицеров. Русской политикой, в отличие от шотландской, наш герой совершенно не интересовался. Он был офицером, и обязанность его было повиноваться старшему по званию. Но высшим авторитетом в данном случае был царь. Поэтому Гордон честно передал полученный приказ Голицыну. Голицын, фаворит и любовник Софьи, понимал чем чреват приказ Петра и пытался уговорить Гордона хотя бы подождать с выполнением приказа пока бумагу не увидит Софья. Но Гордон ответил что когда царю грозит опасность, начальник должен исполнять долг присяги, что бы там ни говорило начальство. И во главе иноземных офицеров отправляется к Петру. Туда же, кстати, прибыл с изъявлением   верности и новый украинский гетман Иван Мазепа, за которым стояли испытанные в боях запорожцы. Сила оказывается на стороне молодого царя, дальнейшее сопротивление не имело смысла. Петр Первый захватывает власть без единой капли крови, и не последнюю роль в успехе царя сыграл Патрик Гордон.

Царь и раньше уважал шотландца – особенно после смотра Бутырского полка. Теперь же Гордон стал его ближайшим помощником и наставником в военных делах. Учитель из него был идеальный – Патрик был настоящей ходячей энциклопедией по всем возможным отраслям военной науки. Еще он прошел огонь и воду, немало сражался и побеждал, так что академические знания подкреплял  практическим опытом. Плюс ко всему, он был строг по части дисциплины, справедлив к солдатам, умел продумывать на несколько шагов вперед, а главное – был скромен и знал свое место. Патрик довольствовался положением заслуженного генерала и уважаемого военного специалиста и ни в каких придворных интригах участия не принимал. За это его уважали и любили и шотландцы, и немцы, и русские. Полюбил его и царь, увидев в бравом шотландце и бесценного специалиста, и просто надежного товарища.

Петр и Гордон становятся неразлучны. Генерал чуть ли не каждый день бывал у царя в Преображенском, и солдаты из его Бутырского полка стали основой потешных полков царя, которых, кстати, Гордон же и окрестил русской гвардией и постепенно превратил в боеспособные части. Патрик много занимался с молодым царем военной теорией, и он же взял на себя руководство всеми войсковыми учениями. Под его началом солдаты учились стрелять в цель, разбивать лагеря, ходить строем, строить и осаждать крепости. Полковые учения перерастали в общие, а общие учения – в маневры. В 1694 году Гордон получает чин контр-адмирала и едет с Петром на Белое море. Этот эпизод ярко описан в фильме «Россия молодая» - наверное, лучшем фильме о Петровской эпохе.

Но все-таки этот шотландец лучше чувствовал себя во главе сухопутных солдат. Знаменитый Кожуховский поход, когда стрельцы защищали, а полки нового строя брали учебную крепость, да с таким азартом что не обошлось без раненых и даже одного убитого, прошел как раз при подготовке и по руководством Патрика Гордона. И сам генерал, и его солдаты, и Петр отнеслись к кожуховским учениям со все серьезностью. Особенно Патрик. Потому что маневры эти были генеральной репетицией перед грядущими походами против турок.

Походов этих ждали все. Украинского гетмана беспокоили татарские набеги. Да и русскому царю неинтересно было иметь под боком не самых мирных соседей. Плюс, в случае удачи Россию ждал выход к морю, а значит – возможность торговать. Патрику же не терпелось поквитаться с неверными после Чигирина. Вена – это хорошо, но нашему крестоносцу хотелось и самому одержать победу над турками. В конце концов, это была та война, сражаться в которой ему не было стыдно.

Итак, в 1695 году Петр двинулся на турок. Базу для похода ему заблаговременно приготовил гетман Иван Мазепа – украинцы прекрасно знали причерноморские степи, а сам гетман на юге своих владений построил несколько крепостей, где хранилис для припасы для солдат и коней. Одна из таких крепостей, Новобогородицкая, стала основой будущего города Днепропетровска. И вот, русская армия пошла на Азов – большой турецкий порт. Мазепа же с украинскими казаками отправились блокировать турецкие крепости на Днепре – чтобы не дать туркам стягивать к Азову подкрепления. В том походе Мазепе повезло – он смог взять несколько турецких крепостей, самой большой из которых был Кизикермен. Сейчас на месте крепости украинский город Берислав. А вот Петру повезло меньше – у русских не было флота, блокировать Азов с моря они не могли, и в город постоянно подвозили припасы. Да и осаждать настоящий город было куда сложнее чем брать потешную фортецию. Зато русские солдаты с блеском показали все чему учил их Гордон – они браво копали шанцы, укрепляли артиллерийские батареи, взяли приступом одну из сторожевых башен возле города. Сам же Азов Патрик Гордон хотел взять с помощью подвижного вала – новомодного европейского изобретения. Суть его была в том чтобы рыть окопы возле города, притом рыть их змейкой чтобы они не простреливались с городских валов, землю из окопов насыпать перед ними чтобы получился вал, и за валом поставить мортиры или гаубицы. Эта батарея могла стрелять по городу разрывными снарядами, а потихоньку вал можно было подсыпать и подсыпать все ближе к врагу и засыпать крепостной ров. А там уже и штурмовать можно. В теории все смотрелось превосходно, но с турками сражаться русские пока не умели, да и долго стоять под Азовом без подкреплений Петр не мог. Пришлось свернуть осаду и вернуться под стены Азова через год. На этот раз у Петра были два козыря в рукаве – новопостроенные галеры, которые блокировали туркам подвоз припасов, и посланные Мазепой украинские казаки, которые били турок уже не одно поколение. Под руководством Гордона солдаты подвели вал к самим стенам Азова, казаки во главе с полковником Яковом Лизогубом залезли на турецкие бастионы, не дожидаясь даже общего штурма, развернули азовские пушки в сторону города, потом подоспели остальные полки – и Азов сдался.

Турецкая опасность была ликвидирована. Петр и Мазепы разрушили практически все опасные османские крепости в Причерноморье. Россия наконец вышла к морю, и Петр подписывает знаменитый указ, гласящий «русскому флоту – быть». В Воронеже закладывается верфь, на которой строятся первые русские линейные корабли - «Божье предопределение», «Ласточка» и «Шпага». Петровская Россия одержала свою первую серьезную победу, и далеко не последнюю роль сыграл наш герой, чьими стараниями потешнее полки молодого царя превратились в грозных воинов, которым суждено было разбить не одну армию.

Но Патрик Гордон не был бы Патриком Гордоном собой если бы думал только о делах военных. Он честно, честнее других, служил царю и России на поле брани, не думал о богатстве и почестях. Но если жизнь его принадлежала России, а сердце – Шотландии, то душой он был предан католической церкви. Быть католиком – для него это были не просто слова. Он старался поддерживать связь с Церковью как только мог – читал книги, молился, причащался Святых Тайн как только появлялась возможность. А возможность такая представлялась нечасто. Католикам в тогдашней России попросту негде было молиться. Из Москвы иностранцев давно уже выселили в Немецкую слободу – против чего они в общем-то не особенно возражали. И в этой немецкой слободе лютеране и кальвинисты выбороли себе право построить молитвенные дома и содержать пасторов. Католики же о таком разрешении могли только мечтать. Исповедоваться, причащаться, венчаться они могли только у священников, проезжавших через Россию по делам. И Патрик поставил себе цель – создать в Москве католический приход с храмом и постоянным священником. Единоверцы Патрика – католики-немцы, шотландцы, голландцы на русской службе, единодушно признали его своим лидером в этом нелегком деле, и Патрик смело мог называть себя первым католиком России – если не по порядку, то по влиянию уж точно.

В 1684 году по совету Голицна он подает первое прошения на имя царей о разрешении построить католическую церковь в Москве. За дело Гордона вступил австрийский посол, сам шотландце писал о нем различным дипломатам, да и Голицын по мере сил продвигал это прошение. В конце концов разрешение было получено. Гордон составляет список католиков в Москве, советуется со всеми, и в результате было решено что каждый католик буде откладывать по 47 с половиной рублей в год на строительство храма.  Начали потихоньку закупать стройматериалы. Однако наверху с четким ответом медлили – видать, тогдашни патриарх Иоаким все силы свои употреблял на борьбу с латинской заразой.

Когда Петр Первый стал полновластным царем, а патриарху указали на свое место, Патрик постоянно говорил с ним об открытии в Москве католического храма. Параллельно он пытался задержать в Росси на подольше заезжих священников, которых русское правительство пыталось поскорее выгонять, а еще – помогал иезуитам приезжать в Россию хоть явно, хоть тайно. Наконец, в 1691 году Гордону удалось купить дом, в котором устроили часовню, и при часовне этой был постоянный священник. Правда, в один прекрасный день шотландцу известили что дом этот решили правительство решило уступить одному немецкому врачу. Патрик немедленно начинает хлопотать об отмене этого решения. В конце концов он понимает что единственный способ навсегда обезопасить русских католиков от репрессий – это хоть выбить, хоть выцыганить для них право иметь свой официальный храм. И здесь ему пришлось применить метод своих учителей-иезуитов: не получается разбить врага в лоб – заходи с фланга. В 1694 году в разговоре с царем Гордон убеждает его жать разрешение на строительство каменной церкви, однако подал он эту идею вот под каким соусом. Наш генерал был уже в летах, а детей у него было много.  В общем, он хотел бы заранее построить себе семейный склеп в виде церкви где можно было бы молиться. В общем, дело обстояло примерно так как в наши дни: по документам одно, а на деле другое. Выглядело это может и не вполне красиво, но хитря в мелочах, Гордон не кривил душой в главном: посвятив жизнь служению России, он и его единоверцы имели право исповедовать и практиковать свою веру – недаром в азовских походах армию сопровождал католический священник – правда, не афишируя свой сан. Петр и сам все прекрасно понимал. Он не возражал против иезуитов в войске, и для строительства церкви дал Патрику все необходимые бумаги. Итак, его стараниями в Москве была построена небольшая каменная католическая церковь святых Петра и Павла. Здесь Патрик Гордон, шотландский патриот, отважный крестоносец, верный католик и, без иронии, русский герой был похоронен после того как умер в 1699 году. Там же хранилась и его библиотека, которую генерал завещал русской католической миссии – сочинения историков, латинские тексты античных классиков, богословские трактаты и словари. Постепенно вокруг этой часовни выросла целая миссия – со школой и большой деревянной церковью, которую потом перестроили в каменную. Церковь эта, как и часовня Гордона, не сохранилась до наших дней – войны, пожары, перестройки стерли ее с лица земли, как и всю Немецкую слободу. В 19 веке прах Гордона перезахоронили на Введенском кладбище, а надгробная плита его церкви хранится в Историческом музее.

Но лучшим памятником таким людям как Гордон служат их дела. И настоящим памятником Гордону стали победы и достижения этого великого шотландца, ставшие победами и достижениями всей России. А еще – появление католической миссии в Москве, ставшей матерью всех будущих русских католических общин. И в этом он, первый католик России, может, и, наверное, даже должен быть примером для каждого из нас.

 

 

Відгуки

Враховуючи масштаб інтересів та глибину знань, отця Генріха Мосінга можна назвати людиною століття

Програма від історика Віктора Заславського просвячена постаті видатного вченого, лікаря, священика, вихователя й пастиря. Йдеться про отця Генріха Мосінга. 
Генріх Мосінг — вельми освічений гуманіст широких горизонтів, великих знань та ерудиції, вчений, мікробіолог, людина глибокої духовної культури, втілення непересічної доброти, великої простоти та спокою, чулий до потреб інших.

Віктор Заславський: "Голодомор 1932-33х років - це акція проти слухняних, лояльних, вже цілком радянізованих колгоспників!"

Спілкувалися з відомим автором історичних програм на Радіо Марія з нагоди річниці трагічних подій Голодомору 1932-1933 років.

"Не домовлятися з ворогом, а битися з ним", - історик Віктор Заславський

Черговий випуск історичних програм від історика Віктора Заславського. Коли трохи вгамувались емоції від «Захара Беркута», від спілкування з акторами, режисером та іншими гостями на першому показі, то можна назвати три причини чому це кіно просто не можна не побачити. Саме про це програма

Спогади про сталінську добу. Частина третя. Віруючі

Не знаючи звідки прийшов, не дізнаєшся куди йти далі.

Історія церкви та історія людства.

Авторська програма Віктора Заславського

Крутий маршрут Євгенії Гінзбург.

Спогади про сталінську добу. Частина третя. Віруючі

Спогади про сталінську добу. Частина друга. У таборах

Не знаючи звідки прийшов, не дізнаєшся куди йти далі.

Історія церкви та історія людства.

Авторська програма Віктора Заславського

Крутий маршрут Євгенії Гінзбург.

Спогади про сталінську добу. Частина друга. У таборах